В интервью корреспондентам “Советского спорта” Владиславу Белякову и Андрею Лялину нападающий питерского “Зенита” Павел Погребняк рассказал о Томске, Питере, адаптации в составе “Зенита”, специальной работе на ударами головой, друзьях и русском мате.

О возвращении в Томск: “Что больше всего запомнилось в апреле? Две последние наши победы: над “Лучом” и “Томью”. Хотя поездка в Томск, конечно, особняком стоит. Я этот сибирский город родным до сих пор считаю. Переживал, что не смогу туда поехать из-за дисквалификации, но она, к счастью, на матчи чемпионата не распространяется… Помню, после первого матча за сборную, в котором я ещё и победный гол забил, меня в томском аэропорту встречала целая толпа фанатов. Фотографировались со мной, автографы брали. Так они к моему нынешнему приезду это коллективное фото в рамочку закатали и мне подарили. Было безумно приятно! В Томске вообще бывших игроков всегда встречают тепло. Нет такого, чтобы с трибун свистели или что-то обидное кричали”.

О голе в ворота “Томи”: “Испытал только радость. Играю-то я сейчас в “Зените”, а этот гол нам победу принёс. Ну да, огорчил томских болельщиков, среди которых – много моих друзей. Что делать? Сегодня “Томи” забил, завтра – ещё кому-то. Думаю, они всё понимают и на меня не обиделись”.

О разнице между “Томью” и “Спартаком”: “Эти две команды я воспринимаю совершенно по-разному. В отношении “Спартака” есть особый эмоциональный подтекст. Но я собираюсь с ним покончить. С подтекстом. Думаю, что матч второго круга против красно-белых станет для меня совершенно обычным”.

О том, сколько нужно забить голов, чтобы стать лучшим в гонке бомбардиров: “Шестнадцать-семнадцать. Конкурентов много. Павлюченко, как только окончательно поправится, обязательно возьмёт своё. Аршавин может побороться. Вагнер тоже. Ну и Денис Киселёв из “Томи” очень бодро начал. После моего отъезда он стал там главным забивалой”.

О друзьях в Томске: “С Климовым мы вообще каждый день созваниваемся. Друзья. Я его подкалываю, “старый Месси” называю – прически похожи. Только барселонец помоложе будет”.

О друзьях в “Спартаке”: “Другом могу назвать, наверное, только Рому. В сборной регулярно общаемся с Егором Титовым. Хорошие отношения с Торбинским, Ребко, Сабитовым. Рад, что Федотов им доверяет”.

Об адаптации в “Зените”: “Здесь самое главное – как можно быстрее притереться к партнёрам – причём в бытовом плане. На поле тогда легче общий язык найти. В этом плане мне помогли скитания по арендам. Научился быстрее приспосабливаться к новым условиям, сходиться с новыми людьми. Общаемся со всеми понемножку. Но ближе всех – с Ильей Максимовым, Владом Радимовым, Толей Тимощуком. С Радимовым в нарды любим поиграть, в баньке посидеть после тренировок, в картишки перекинуться. Тимощук тоже компанию составляет”.

О старте сезона на “скамейке”: “То время тяжёлым получилось, психологически прежде всего. Груз ответственности давил: деньги-то за меня заплатили немаленькие, а я на скамейке сижу. Так эта мысль порой бесила… Но сдерживал себя, продолжал работать, стиснув зубы, и как-то само собой получилось, что начал регулярно попадать в состав, забивать. Перетерпел”.

Об игре “Зенита”: “Действительно игра пока хромает. Но сейчас главное – очки набирать, а игра придёт. Для меня вообще, честно говоря, всё равно – красиво играть, некрасиво, главное – побеждать. Хотя проблески видны, это радует. В Томске стеночки какие-то уже пошли, стало быть, взаимопонимание начало появляться, да и гол мы забили после передачи с фланга”.

О взаимоотношениях на поле: “Без партнёров всё-таки тяжеловато. С тем же Аршавиным пока явно с полувзгляда друг друга не понимаем, но постепенно ситуация улучшается. Хотя у меня и к себе вопросы есть. Вот с моим немаленьким в общем-то ростом я еще ни одного гола головой не забил. И не сказать, что плохо навешивают. Плохо бью, наверное. Но на тренировках работаю над этим с Кором Потом он мне руками на голову набрасывает, а я бью – оттачиваю”.

О своих высказываниях в адрес судей и “Спартака”: “Жалею. С матом явно переборщил, да и перед судьями неудобно”.

О решении высказаться: “В раздевалке решил. Все ребята после матча обсуждали судейство, смотрели этот смешной пенальти на Прудникове”.

О вердикте КДК: “Я удовлетворен им. В Томске сыграл, да и вообще хорошо, что не придётся пропускать игры чемпионата. Другое дело, что штраф, конечно, слишком большой. Я не помню, чтобы КДК выписывал кому-то наказание больше 100 тысяч рублей. А тут – 250! Ну и когда прочитал в газете, что со следующего года все стадии Кубка будут состоять из одного матча, тоже расстроился. Я-то надеялся, что пропущу только 1/16 и 1/8, а так, получается, только в финале смогу сыграть”.

О бытовых условиях в Питере: “Снимаю коттедж недалеко от базы, рядом многие наши легионеры живут. Внутри дома, правда, обстановка простая, без прибамбасов. Я вот у Максимова был – так это просто не сравнить. У него дорогой ремонт, шикарная мебель. Но я к роскоши не стремлюсь”.

О культурной программе: “В Исаакиевском соборе были, забрались на колоннаду и посмотрели на город сверху. Ещё ходили в Спас на Крови. Пока всё. С маленьким ребенком тяжело куда-то выбираться”.

О “медных трубах”: “Я как был скромным обычным парнем, так им и останусь. Родительское воспитание сказывается. Отец меня держал в ежовых рукавицах. На горох, конечно, не ставил, но в углу в детстве приходилось постоять. За двойки в основном”.

О перфомансе на “Петровском”: “Если честно, мне очень нравится, когда жгут файеры, устраивают всякие красочные дымовые шоу. Пускай даже иногда приходится игру на несколько минут остановить, – меня это только дополнительно заводит. Так что пусть побольше файеров на стадион приносят!”.

Советский Спорт